Союз
Севастопольских
Соотечественников
России

АКТУАЛЬНО:

14.06.2021
С праздником, Севастополь!


 
12.06.2021
С Днём России!


 
 
   
новости
01.06.2021
Поздравляем с Днём Северного флота ВМФ России!


 
28.05.2021
Фонд «Надежда- Вера– Возрождение» принял участие в открытии памятника морякам в Музее Победы на Поклонной горе


 
21.05.2021
С Днём Тихоокеанского флота!


 
18.05.2021
Поздравляем с Днём Балтийского флота!


 
14.05.2021
В Севастополе Минстрой анонсировал грядущие перемены реновации и Генплана.


 



Материалы с торжественного празднования 80-летия ЧВВМУ им. П.С. Нахимова.




Материалы с торжественного празднования 75-летия ЧВВМУ им. П.С. Нахимова.




Общественный совет Черноморского высшего военно-морского училища им. П.С. Нахимова




Фонд "Русский мир"




Международный совет российских соотечественников


 
 
 
 
   
 
 
 
Севастопольская марина: проект или фантазия?

15.04.2021
Яхтенный капитан рассказал ForPost о загадочном слове «марина».
«Можно ни с кем не совещаться и просто "нарисовать" проект – только будет ли он  работать?» – предупреждает создателей балаклавской марины действующий яхтенный капитан Виктор Малько.
Годы морских путешествий по миру дали Виктору Малько и его коллегам ценный практический опыт. Помноженный на знание крымских и севастопольских реалий, он должен бы очень пригодиться устроителям новой марины. Однако ответственные за проект чиновники взаимодействуют только с условными заказчиками-яхтовладельцами и упорно не желают привлекать экспертов-практиков.
Какие модели марин существуют в мире, и какая из них больше подошла бы Балаклаве? Как другие страны научились решать связанные с мариной проблемы, и почему грандиозный проект может обернуться не менее грандиозным провалом, горько аукнувшимся в первую очередь рядовым севастопольцам?
ForPost побеседовал с Виктором Малько о загадочном слове «марина».
– Есть ли у севастопольцев серьезные заблуждения относительно марины и в чем они?
– Наверное, не заблуждение, а незнание. Ошибка думать, что видимая часть, парковка яхт –  главная составляющая марины. Парковка яхт ведь есть и сейчас, но это не марина. Марина – это сложная система со множеством очевидных и невидимых привязок к берегу.
Если у вас есть миллион на яхту – значит, у вас должно быть еще 100 свободных миллионов, пропорция приблизительно такая. Яхту я называю косвенным налогом на роскошь, и вот его платят легко. Создаются рабочие места, тратятся большие средства на обслуживание, на стоянку. Это игрушка, и на неё денег не жалеют – такая специфика.
К примеру, вот цифры из одного моего отчета для владельца яхты. Её стоянка полгода  в Балаклаве стоила эквивалентно 15 тысячам долларов. Всего же за это время на неё было потрачено 60 тысяч, это уже с ремонтом.
Это если говорить об экономической стороне, о том, сколько оставляет хозяин яхты по самым необходимым статьям. Но правильная марина для города – это своеобразный центр, вокруг которого строятся другие процессы, это сцена под открытым небом. Мне кажется, в 20 процентах фильмов действие происходит на фоне марины.
Уважающая себя марина изначально закладывает воспитание детей-яхтсменов, бесплатное. К слову, такие задумки были у ребят, которые начинали дело в «Золотом символе» – концерты, дети, но всё скатилось на уровень парковки.
– То есть роль парковки в марине сильно преувеличена?
– Нет, но ею всё не исчерпывается. Концепция конкретной марины зависит от того, сколько и каких яхт будет там стоять, будут ли они заходить на несколько часов или дней, или же будут стоять постоянно. И потом, в одних маринах парусных вообще нет, в других – их процентов 80, еще где-то – пополам. И под каждый расклад своя структура.
В мире существуют разные модели марин. Например, одни ориентированы на короткий визит – зашла яхта, вышли люди на берег, несколько часов походили, посмотрели и пошли дальше. Так, например, в Бонифачо на Корсике. Для меня эта бухта – аналог Балаклавской, только там город не внизу, как у нас, а высоко, на горе. Классное место.
Это такая красивая картинка, марина-сцена, где можно только встать ненадолго, но инфраструктуры для яхт – минимум. Не нравится – не приходи. Кто стоит там постоянно – приспособились. Это, грубо говоря, гостевая. Пришел, посмотрел красоту, исторический город – и ушел.
Два часа стоянки в Бонифачо бесплатные, даже для больших яхт. Вас и к электричеству подключат.  Чаевые принято давать, но если вы не дадите – страшного ничего нет. В принципе вас и на сутки здесь могут поставить, если место есть, но большинство стоянок там  временные.  
А в стамбульской марине треть лодок вообще в море не выходит.
Стамбул – огромный дорогой мегаполис, дачу для отдыха на выходные не заведешь. А на яхту можно приехать с друзьями, семьей, детьми. И тогда большие зоны отдыха на берегу возникают – магазины, кафе, бассейны, теннисные корты с тренерами, детские зоны прекрасные, со всей округи туда набегают. И есть люди, которые вообще не выходят в море.
– То есть специфика каждой марины требует разных решений?
– Конечно. Если в марине в основном небольшие парусные яхты, на которых нет экипажа, а они просто сдаются внаем – тогда нет больших проблем с фекалиями и с электричеством. Это главным образом парковочные места. В Хорватии, например, сотнями метров стоят просто пустые яхты. На них никто не дежурит, просто кто-то присматривает, но вахт нет.
Но это одна специфика, а другая – если вахта есть. На больших яхтах установлена техника, которую нужно периодически запускать, чтобы она работала хорошо, есть целая технология. И тогда должна быть инфраструктура: подведено электричество, построены душевые. И если экипаж будет ходить в душ на яхте – это всё надо будет куда-то девать.
Поэтому турки в Тургутрейсе, например, буквально через каждые сто метров установили на берегу шикарные санузлы. Душевые, туалеты, 6–8 умывальников, теплый пол, зеркала огромные.  И экипажи после смены идут туда, в том числе и поздороваться.
– А не превратится ли тогда марина в большую душевую? У нас такая маленькая Балаклава, где же всё это строить?
– Вот поэтому и важно четко понимать, сколько яхт и каких может здесь стоять, и в течение какого времени. На несколько дней заходить город посмотреть, или это место стоянки постоянной будет для кого-то? Для какого количества? Очень много нюансов. И из этих мелочей складывается жизнь людей на борту и на берегу.
Те же так называемые черные, фекальные воды. Каждые две недели ходить к точке их приёма? Ну, кто-то сходит, сделает. Но всегда найдутся недобросовестные, которые будут сливать их в море. Поленятся переходить к откачке, особенно если ночь.
Да, это вопрос соблюдения закона, но вы нарушителя не поймаете никогда – он будет по литру выливать. Такое все равно возможно, и плетка здесь работать не будет совершенно. Тем более, что бывает и погода небезопасная, и проблемы с двигателем или ещё с чем. Тогда человек выберет меньшее зло, и никто этого знать не будет.
– Вырисовывается страшное будущее для Балаклавы и вообще для Севастополя…
– Нет, если использовать чужой опыт и лучшие примеры. Ничего выдумывать не надо – другие все это уже прошли.
В Турции, например, есть такой механизм: если в марине стоит лодка с людьми на борту, обязательно раз в два месяца надо сдать то, что накопилось. Можно чаще, но минимум раз в два месяца вы должны сдать. Если нет, то начинаются страшные санкции.
В Европе, когда поняли проблему с черными водами, стали проводить точки их приема вдоль всех причалов, к каждому стояночному месту. Вы даже можете не мараться – позвонили в офис, вам выслали специалиста. Или, если экипаж квалифицированный, сами подключились и всё откачали. Бесплатно.
И, конечно, сумасшедшие штрафы бывают, до 15 тысяч евро.
– Сколько стоит стоянка в марине? Очень актуальный вопрос для наших владельцев маломерных судов.
– Логика марины предусматривает, что дорогие яхты оплачивают стоянку маленьких. И небогатые люди могут держать свои ялики за символическую плату, которая сама по себе не дала бы возможность содержать инфраструктуру. Разницу покрывают большие яхты – они это сделать в состоянии и им это все равно выгодно.
У нас же на таможенном терминале стоят большие яхты, но нет места малышам, о которых мы говорим. В результате эти богатые яхты раздражают. А должны быть все слои населения удовлетворены.
– Основной слой населения не будет удовлетворен, если зона марины будет закрытой. Какой тут мировой опыт?
– Где-то нет заборов, где-то есть. Во многих маринах запускают людей, и они спокойно гуляют, это не режимная зона. Но последние террористические акты напрягли ситуацию, конечно.  В Барселоне, по-моему, раньше не было ограждения, а сейчас сделали прозрачную железную решетку.
В Стамбуле в саму марину тоже не пускают, именно в саму, а рядышком – пожалуйста. Народ приходит, гуляет, отдыхает в кафе, кормит рыб – охранникам специально хлеб выдают, чтобы они рыб прикармливали.
Есть интересные проекты, как зоны разграничить, чтобы было безопасно для яхт и удобно для людей. Например, вдоль марины строится что-то вроде балкона – там прогулочная зона, а машины остаются внизу. Вот они – море, яхты и ракурс необычный, но доступа прямого нет.
– Есть на этот счет идеи по Балаклаве?
– Мое мнение по Балаклаве – в районе набережной у «Черного принца» вообще должно быть пусто. Хотя бы метров 200, чтобы человек мог к морю подойти.
Почему должны быть только яхты?  Может, кому-то не нравится. А так папа глядит на яхты, а ребенок, жена, которым неинтересно их долго изучать,  смотрят, как чаечки, рыбки плавают. Или на вход в бухту, фото делают. Это же интересно, это эмоции.
Каждая яхта отдельно красиво на фото выглядит, а когда их целый лес, – неразбериха получается. Сейчас и это нужно учитывать – у марины должна быть завлекательная картинка.
– Балаклавскую картинку планируют «украсить» яхтенной деревней на западном склоне бухты. Марины не может быть без того, чтобы жилыми домами горы не утыкать?
– Это вовсе не является обязательным. Главное – море и причалы. Ничего страшного, если не будет деревни – марина будет работать. Это просто плюс к бизнесу, ещё одно «да» в перечне услуг на сайте марины. Там будет написано: «Стоянка – столько-то яхт.  Гостиница – есть. Санузлы – есть. Прачечные – есть». Вот в одной из строк будет «есть», но если «нет» – ничего страшного.
Надо понимать, что реально единицы владельцев яхт купят там апартаменты, и у нас в яхтенной деревне получатся те же самые дома, что и обычно. Я считаю, что без деревни спокойно можно обойтись.
– Идеологи проекта вас за эти слова не полюбят… Что и как строят в других местах?
– Примеры разные есть. Одна история, когда марину строят, скажем так, «на пустыре», и другая – когда там уже есть точка притяжения, как в Балаклаве.
Например, есть Полту Коату на Сардинии или опять-таки Бонифачо. Если с точки зрения бизнеса подойти, то там должны стоять десятиэтажки. Но нет, одноэтажные поставили, чтобы вписывались. И никто ж не догадался окрестности – горы, лес – застроить. Потому что люди приезжают не на новые дома посмотреть, а на историю, на природу.
У нас же обычно – сколько смогли, столько и вогнали. Высотное гетто получается. Это неправильно и не нравится горожанам. Но, к примеру, стадион не даст прибыли, сопоставимой с апартаментами. А их купят.
– Плюсом марины называют новые рабочие места для Севастополя.
– Конечно, часть любой марины – ремонтная зона, в которой остаётся огромное количество денег. Работают там специалисты очень высокого класса, вплоть до завоза людей из других мест. И это вторая сторона медали о новых рабочих местах – никто же не говорит, что они будут для местных.
Но тут у севастопольцев есть преимущество – мы продвинуты в плане судоремонта, склад ума у наших людей технический. Но всё равно своих специалистов придётся подготовить, а на это нужно время.
– Можете перечислить пункты, которых не учли создатели балаклавской марины?
– Это можно делать, только имея техзадание, а у нас его нет. Дело в том, что инициаторы общаются по этой теме только с владельцами яхт, но не с капитанами. А это ошибка.
Владельцы сами очень редко в курсе всех важных деталей. У человека, к примеру, две большие хорошие яхты под 15 миллионов евро, но множество технических моментов он не знает, потому что всю рутину делает экипаж. Этот человек, может, изначально под свои желания совсем неподходящую яхту хотел купить, потому что ему сказали: «Такая – хорошая», и только пообщавшись с капитаном, понял, что именно ему нужно. Но к мнению этого человека прислушаются, а к нашему – не хотят.
Ко мне обращались ребята, которые делали проект в ялтинском порту. Они сидели и выпытывали меня про каждый метр движения яхты по марине: где, куда, как, сколько человек… Я им словно кино рассказывал в деталях.
А когда мы, капитаны, с чиновником по марине разговариваем, на пятой минуте появляется интонация: «Что вы мне рассказываете, я все это знаю», и дальше ему неинтересно. Сколько помню, всегда: «Вы можете ужать до страницы-полторы?». Не можем. Не зря руководство по эксплуатации автомобиля – толстая книжка. И весь этот мануал должен быть и для марины.
Возможно, люди искренне думают, что они правы, но у меня большие сомнения, что они понимают, о чем идёт речь. Реальный заказчик проекта должен понять, что он хочет.
– Может, он знает, просто нам не говорит.
– Я склонен думать, что он не знает, по крайней мере в той степени, в которой нужно. Но проще нарисовать и выпустить – как-то да будет! – чем вступать в дискуссии, продумывать детали со знающими людьми.
Но если не предусмотреть все мелочи, о которых сейчас даже не думают, они потом вылезут, и уже не мелочами. А мы сейчас даже не знаем, какие яхты будут стоять.
 
   
     

Rambler's Top100